- 29,586
- 46
- 8 Ноя 2022
Учёные нашли эффект там, где не ждали.
<div class="articl-text-cover" style="position:relative;width:100%;max-width:800px;margin-left:auto;margin-right:auto;aspect-ratio:1400/788;margin-bottom:2rem;overflow:hidden">
<div itemprop="articleBody"> Шесть недель занятий шахматами связали с улучшением психологического самочувствия у подростков, проходивших лечение психических расстройств. Немецкие исследователи в новом исследовании наблюдали 33 пациентов 13–17 лет в отделении детской и подростковой психиатрии Центрального института психического здоровья в Мангейме. Шахматная группа также быстрее справлялась с заданием на рабочую память, но остальные когнитивные показатели заметно не изменились, поэтому говорить о лечебном эффекте шахмат пока рано.
Исследователи разделили подростков на две группы. Девятнадцать участников вместе со стандартным лечением получили шестинедельную шахматную программу, ещё 14 продолжили обычную терапию без дополнительного занятия. Стандартное лечение включало прежде всего когнитивно-поведенческую психотерапию и при необходимости лекарства.
Раз в неделю шахматная группа собиралась на 90 минут. Программа оказалась шире обычных партий за доской. Подросткам объясняли правила и шахматные стратегии, давали задачи, упражнения на концентрацию, физические упражнения и ролевые игры. Каждое занятие начиналось с так называемой шахматной йоги для расслабления и концентрации. В среднем участники посетили 4,65 занятия из шести, медианное число посещений составило пять.
До начала программы и через шесть недель подростки прошли серию тестов на рабочую память, устойчивое внимание, способность переключаться между задачами и подавлять автоматические или импульсивные реакции. Психологическое самочувствие оценивали с помощью опросника KIDSCREEN-27, который среди прочего учитывает настроение, эмоции, восприятие себя и удовлетворённость жизнью.
Самая заметная разница появилась в тесте 2-back. Участнику показывают последовательность стимулов и просят определить, совпадает ли текущий стимул с показанным двумя позициями раньше. Такая задача заставляет постоянно удерживать и обновлять информацию в рабочей памяти.
До шахматной программы участники экспериментальной группы отвечали в среднем за 569 миллисекунд, после программы за 488 миллисекунд. В контрольной группе среднее время, наоборот, выросло с 603 до 628 миллисекунд. Разница между группами соответствовала выбранному авторами порогу статистической значимости, p = 0,016, а размер эффекта Cohen's d составил 0,79.
Но подростки не стали выполнять задание точнее. Число ошибок статистически значимо не изменилось ни в одной группе. Поэтому авторы осторожно говорят об улучшении эффективности рабочей памяти, а не об увеличении её объёма или доказанном усилении памяти в целом. По сути, после тренировок шахматная группа решала конкретную задачу быстрее, сохраняя примерно прежнюю точность.
Похожая картина появилась в самооценке психологического состояния. Средний показатель психологического благополучия в шахматной группе вырос на 2,21 балла, тогда как в контрольной снизился на 1,46 балла. Авторы получили p = 0,035 и Cohen's d = 0,67. Физическое самочувствие немного улучшилось в обеих группах, но убедительной разницы исследователи не обнаружили.
С остальными заявленными когнитивными эффектами шахматы не справились. Не удалось показать статистически значимого преимущества в устойчивом внимании, когнитивной гибкости или тормозном контроле. В тесте на когнитивную гибкость результат даже слегка сместился в пользу контрольной группы, хотя разница оставалась незначимой.
Исследователи предлагают несколько возможных объяснений найденных изменений. Во время партии приходится удерживать позицию и предполагаемые ходы в памяти, отказываться от импульсивных решений, долго концентрироваться и перестраивать план после ответа соперника. Успешное решение задач может дополнительно давать чувство компетентности, а групповая игра создаёт социальное взаимодействие.
Однако эксперимент не позволяет определить, какую роль сыграли именно шахматы. Контрольная группа не получала другого 90-минутного группового занятия, поэтому эффект мог частично возникнуть из-за общения, внимания тренера, физической активности, упражнений на концентрацию или самого появления дополнительной структурированной деятельности. Авторы прямо называют отсутствие активной контрольной группы одним из главных ограничений работы.
Выборка тоже оказалась значительно меньше запланированной. Предварительный расчёт требовал 102 подростков, по 51 человеку в каждой группе, но исследователи смогли включить только 33. Большинство участников составляли девушки, 82% всей выборки. Группы различались по набору психиатрических диагнозов, а исследователи не смогли отдельно оценить влияние продолжительности болезни, истории лечения и изменений психотропных препаратов.
Распределение участников также не было полноценной случайной рандомизацией и зависело от организационных условий. Исследование не ослепляли, прежний шахматный опыт подростков не учитывали, число посещённых тренировок различалось. Для части когнитивных тестов доступных результатов оказалось ещё меньше. Например, показатели теста тормозного контроля признали пригодными только у 21 участника.
Есть и менее очевидная статистическая оговорка. Авторы заранее проверяли направленную гипотезу об улучшении и применяли односторонние t-тесты, а интервалы для эффектов рассчитывали на уровне 90%. Такой подход допустим для пилотной работы, но положительный результат требует последующей проверки в более крупном исследовании с полноценной рандомизацией и активной контрольной группой.
Новая работа продолжает небольшую серию попыток использовать шахматы как дополнение к психиатрической помощи. В 2016 году в открытом эксперименте с 44 детьми и подростками с СДВГ после 11 недель шахмат родители сообщали о снижении симптомов невнимательности и гиперактивности. Однако контрольной группы в той работе вообще не было, поэтому исследователи сами предупреждали, что без более строгого эксперимента нельзя приписывать улучшение шахматам.
Более широкие утверждения о способности шахмат переносить приобретённые навыки на интеллект и учёбу тоже остаются спорными. Метаанализ 24 исследований с участием более 5 тысяч детей обнаружил небольшой положительный эффект на когнитивные и учебные показатели, однако ни одна из включённых работ не имела идеального экспериментального дизайна с полноценной рандомизацией и одновременно активной и пассивной контрольными группами. Когда исследователи позднее сравнили шахматы с шашками и го в более строгих экспериментах , статистически значимого преимущества в математическом мышлении обнаружить не удалось.
Интерес к недорогим дополнительным методам психиатрической помощи понятен. По актуальной оценке ВОЗ , психические расстройства встречаются примерно у каждого седьмого человека в возрасте 10–19 лет, а депрессия, тревожные и поведенческие расстройства входят в число ведущих причин заболеваний и инвалидности в подростковом возрасте.
Авторы немецкой работы поэтому не предлагают заменять шахматами психотерапию или лекарства. Полученные результаты показывают лишь потенциальную ценность шахмат как дополнительного занятия, которое легко организовать и которое подростки в целом готовы посещать. Чтобы выяснить, связан ли рост психологического благополучия именно с шахматами, понадобится гораздо более крупное рандомизированное исследование, где контрольная группа получит сопоставимое по продолжительности и социальному взаимодействию занятие.
Проект частично финансировали Мюнхенский шахматный фонд и Немецкое исследовательское общество. Авторы раскрыли финансирование и ряд профессиональных связей нескольких исследователей с фармацевтическими компаниями, указав, что последние не относятся к данной работе. Пока наиболее аккуратный вывод остаётся довольно узким. Шахматные занятия могут оказаться полезным дополнением к стандартной помощи подросткам с психическими расстройствами, но нынешних данных недостаточно, чтобы считать шахматы самостоятельным методом терапии или доказанным способом улучшить когнитивные способности.
<div class="articl-text-cover" style="position:relative;width:100%;max-width:800px;margin-left:auto;margin-right:auto;aspect-ratio:1400/788;margin-bottom:2rem;overflow:hidden">
<div itemprop="articleBody"> Шесть недель занятий шахматами связали с улучшением психологического самочувствия у подростков, проходивших лечение психических расстройств. Немецкие исследователи в новом исследовании наблюдали 33 пациентов 13–17 лет в отделении детской и подростковой психиатрии Центрального института психического здоровья в Мангейме. Шахматная группа также быстрее справлялась с заданием на рабочую память, но остальные когнитивные показатели заметно не изменились, поэтому говорить о лечебном эффекте шахмат пока рано.
Исследователи разделили подростков на две группы. Девятнадцать участников вместе со стандартным лечением получили шестинедельную шахматную программу, ещё 14 продолжили обычную терапию без дополнительного занятия. Стандартное лечение включало прежде всего когнитивно-поведенческую психотерапию и при необходимости лекарства.
Раз в неделю шахматная группа собиралась на 90 минут. Программа оказалась шире обычных партий за доской. Подросткам объясняли правила и шахматные стратегии, давали задачи, упражнения на концентрацию, физические упражнения и ролевые игры. Каждое занятие начиналось с так называемой шахматной йоги для расслабления и концентрации. В среднем участники посетили 4,65 занятия из шести, медианное число посещений составило пять.
До начала программы и через шесть недель подростки прошли серию тестов на рабочую память, устойчивое внимание, способность переключаться между задачами и подавлять автоматические или импульсивные реакции. Психологическое самочувствие оценивали с помощью опросника KIDSCREEN-27, который среди прочего учитывает настроение, эмоции, восприятие себя и удовлетворённость жизнью.
Самая заметная разница появилась в тесте 2-back. Участнику показывают последовательность стимулов и просят определить, совпадает ли текущий стимул с показанным двумя позициями раньше. Такая задача заставляет постоянно удерживать и обновлять информацию в рабочей памяти.
До шахматной программы участники экспериментальной группы отвечали в среднем за 569 миллисекунд, после программы за 488 миллисекунд. В контрольной группе среднее время, наоборот, выросло с 603 до 628 миллисекунд. Разница между группами соответствовала выбранному авторами порогу статистической значимости, p = 0,016, а размер эффекта Cohen's d составил 0,79.
Но подростки не стали выполнять задание точнее. Число ошибок статистически значимо не изменилось ни в одной группе. Поэтому авторы осторожно говорят об улучшении эффективности рабочей памяти, а не об увеличении её объёма или доказанном усилении памяти в целом. По сути, после тренировок шахматная группа решала конкретную задачу быстрее, сохраняя примерно прежнюю точность.
Похожая картина появилась в самооценке психологического состояния. Средний показатель психологического благополучия в шахматной группе вырос на 2,21 балла, тогда как в контрольной снизился на 1,46 балла. Авторы получили p = 0,035 и Cohen's d = 0,67. Физическое самочувствие немного улучшилось в обеих группах, но убедительной разницы исследователи не обнаружили.
С остальными заявленными когнитивными эффектами шахматы не справились. Не удалось показать статистически значимого преимущества в устойчивом внимании, когнитивной гибкости или тормозном контроле. В тесте на когнитивную гибкость результат даже слегка сместился в пользу контрольной группы, хотя разница оставалась незначимой.
Исследователи предлагают несколько возможных объяснений найденных изменений. Во время партии приходится удерживать позицию и предполагаемые ходы в памяти, отказываться от импульсивных решений, долго концентрироваться и перестраивать план после ответа соперника. Успешное решение задач может дополнительно давать чувство компетентности, а групповая игра создаёт социальное взаимодействие.
Однако эксперимент не позволяет определить, какую роль сыграли именно шахматы. Контрольная группа не получала другого 90-минутного группового занятия, поэтому эффект мог частично возникнуть из-за общения, внимания тренера, физической активности, упражнений на концентрацию или самого появления дополнительной структурированной деятельности. Авторы прямо называют отсутствие активной контрольной группы одним из главных ограничений работы.
Выборка тоже оказалась значительно меньше запланированной. Предварительный расчёт требовал 102 подростков, по 51 человеку в каждой группе, но исследователи смогли включить только 33. Большинство участников составляли девушки, 82% всей выборки. Группы различались по набору психиатрических диагнозов, а исследователи не смогли отдельно оценить влияние продолжительности болезни, истории лечения и изменений психотропных препаратов.
Распределение участников также не было полноценной случайной рандомизацией и зависело от организационных условий. Исследование не ослепляли, прежний шахматный опыт подростков не учитывали, число посещённых тренировок различалось. Для части когнитивных тестов доступных результатов оказалось ещё меньше. Например, показатели теста тормозного контроля признали пригодными только у 21 участника.
Есть и менее очевидная статистическая оговорка. Авторы заранее проверяли направленную гипотезу об улучшении и применяли односторонние t-тесты, а интервалы для эффектов рассчитывали на уровне 90%. Такой подход допустим для пилотной работы, но положительный результат требует последующей проверки в более крупном исследовании с полноценной рандомизацией и активной контрольной группой.
Новая работа продолжает небольшую серию попыток использовать шахматы как дополнение к психиатрической помощи. В 2016 году в открытом эксперименте с 44 детьми и подростками с СДВГ после 11 недель шахмат родители сообщали о снижении симптомов невнимательности и гиперактивности. Однако контрольной группы в той работе вообще не было, поэтому исследователи сами предупреждали, что без более строгого эксперимента нельзя приписывать улучшение шахматам.
Более широкие утверждения о способности шахмат переносить приобретённые навыки на интеллект и учёбу тоже остаются спорными. Метаанализ 24 исследований с участием более 5 тысяч детей обнаружил небольшой положительный эффект на когнитивные и учебные показатели, однако ни одна из включённых работ не имела идеального экспериментального дизайна с полноценной рандомизацией и одновременно активной и пассивной контрольными группами. Когда исследователи позднее сравнили шахматы с шашками и го в более строгих экспериментах , статистически значимого преимущества в математическом мышлении обнаружить не удалось.
Интерес к недорогим дополнительным методам психиатрической помощи понятен. По актуальной оценке ВОЗ , психические расстройства встречаются примерно у каждого седьмого человека в возрасте 10–19 лет, а депрессия, тревожные и поведенческие расстройства входят в число ведущих причин заболеваний и инвалидности в подростковом возрасте.
Авторы немецкой работы поэтому не предлагают заменять шахматами психотерапию или лекарства. Полученные результаты показывают лишь потенциальную ценность шахмат как дополнительного занятия, которое легко организовать и которое подростки в целом готовы посещать. Чтобы выяснить, связан ли рост психологического благополучия именно с шахматами, понадобится гораздо более крупное рандомизированное исследование, где контрольная группа получит сопоставимое по продолжительности и социальному взаимодействию занятие.
Проект частично финансировали Мюнхенский шахматный фонд и Немецкое исследовательское общество. Авторы раскрыли финансирование и ряд профессиональных связей нескольких исследователей с фармацевтическими компаниями, указав, что последние не относятся к данной работе. Пока наиболее аккуратный вывод остаётся довольно узким. Шахматные занятия могут оказаться полезным дополнением к стандартной помощи подросткам с психическими расстройствами, но нынешних данных недостаточно, чтобы считать шахматы самостоятельным методом терапии или доказанным способом улучшить когнитивные способности.
- Источник новости
- www.securitylab.ru
