- 27,786
- 46
- 8 Ноя 2022
Илон Маск снова вытащил из научной фантастики идею, которая звучит слишком дерзко для ближайшего космоса, но слишком соблазнительно для дальнего. Основатель SpaceX заявил , что человечеству однажды придётся потратить триллионы долларов на двигатели на антиматерии, если люди всерьёз захотят добраться до других звёздных систем. Глава NASA Джаред Айзекман коротко поддержал мысль Маска в X, и старая тема межзвёздных перелётов снова попала в центр внимания.
Антиматерия давно живёт в кино, книгах и футуристических проектах, но физики работают с реальными античастицами уже десятилетиями. Обычная материя состоит из атомов, а атомы из протонов, нейтронов и электронов. У антиматерии есть зеркальные пары этих частиц: антипротоны, антинейтроны и позитроны. Когда частица встречает античастицу, обе исчезают с выделением энергии.
Именно огромная плотность энергии делает антиматерию привлекательной для космических двигателей. Химическая ракета сжигает топливо и выбрасывает продукты горения, а реакция вещества с антивеществом превращает массу в энергию куда эффективнее. В теории такой двигатель позволил бы кораблю брать меньше топлива, разгоняться сильнее и лететь намного дальше, чем позволяют современные ракеты.
Для межзвёздного полёта разница принципиальна. Даже ближайшие звёзды находятся на таких расстояниях, где обычная ракетная техника быстро упирается в массу топлива, время полёта и энергетику. Антиматерийная тяга могла бы дать аппаратам шанс двигаться с долями скорости света, а не ползти к цели тысячелетиями. Именно поэтому такие схемы регулярно всплывают в исследованиях дальнего космоса.
Проблема не в том, что антиматерия невозможна. CERN уже получает античастицы и удерживает заряженные антипротоны в электромагнитных ловушках, где магнитные и электрические поля не дают им коснуться стенок из обычного вещества. В марте 2026 года эксперимент BASE-STEP в CERN показал ещё один шаг вперёд: учёные создали переносимую ловушку для хранения и перевозки антипротонов.
Главная трудность лежит в масштабе. Лаборатории получают ничтожные количества антиматерии, достаточные для фундаментальных экспериментов, но не для ракетного двигателя. Инженерам пришлось бы научиться производить антивещество в огромных объёмах, хранить без контакта с обычной материей и управлять реакцией так, чтобы энергия превращалась в тягу, а не в разрушительную вспышку излучения и частиц.
Маск как раз говорит о цене такого перехода от физики к технике. По его оценке, на антиматерийные двигатели уйдут триллионы долларов исследований и разработок. Звучит как гипербола, но сама логика понятна: речь идёт не о модернизации ракеты, а о создании нового класса энергетики, производства топлива, систем хранения и двигателей.
Частные компании уже пытаются подступиться к теме с более узкой стороны. Например, Positron Dynamics заявляла, что её технологии на основе позитронов могут сделать космические двигатели гораздо эффективнее современных ионных установок. До рабочего межзвёздного корабля таким проектам ещё далеко, но подобные разработки показывают, что антиматерия остаётся не только сюжетом для фантастов.
NASA пока сосредоточено на Луне, программе Artemis и будущих миссиях к Марсу. Поддержка Айзекмана не означает немедленную перестройку бюджета агентства под антиматерийные двигатели, но сигнал от главы NASA важен сам по себе. Если агентство начнёт вкладывать больше денег в теоретические и инженерные работы по антиматерии, тема может выйти из разряда красивых споров о далёком будущем.
Пока антиматерийный двигатель остаётся технологией без готового железа, без промышленного топлива и без понятной дорожной карты. Но межзвёздные полёты в любом случае потребуют решений, которые сегодня выглядят почти невозможными. Маск и Айзекман просто вернули в повестку самый радикальный вариант: двигатель, где топливо не горит, а исчезает, отдавая кораблю почти всю заключённую в массе энергию.
Антиматерия давно живёт в кино, книгах и футуристических проектах, но физики работают с реальными античастицами уже десятилетиями. Обычная материя состоит из атомов, а атомы из протонов, нейтронов и электронов. У антиматерии есть зеркальные пары этих частиц: антипротоны, антинейтроны и позитроны. Когда частица встречает античастицу, обе исчезают с выделением энергии.
Именно огромная плотность энергии делает антиматерию привлекательной для космических двигателей. Химическая ракета сжигает топливо и выбрасывает продукты горения, а реакция вещества с антивеществом превращает массу в энергию куда эффективнее. В теории такой двигатель позволил бы кораблю брать меньше топлива, разгоняться сильнее и лететь намного дальше, чем позволяют современные ракеты.
Для межзвёздного полёта разница принципиальна. Даже ближайшие звёзды находятся на таких расстояниях, где обычная ракетная техника быстро упирается в массу топлива, время полёта и энергетику. Антиматерийная тяга могла бы дать аппаратам шанс двигаться с долями скорости света, а не ползти к цели тысячелетиями. Именно поэтому такие схемы регулярно всплывают в исследованиях дальнего космоса.
Проблема не в том, что антиматерия невозможна. CERN уже получает античастицы и удерживает заряженные антипротоны в электромагнитных ловушках, где магнитные и электрические поля не дают им коснуться стенок из обычного вещества. В марте 2026 года эксперимент BASE-STEP в CERN показал ещё один шаг вперёд: учёные создали переносимую ловушку для хранения и перевозки антипротонов.
Главная трудность лежит в масштабе. Лаборатории получают ничтожные количества антиматерии, достаточные для фундаментальных экспериментов, но не для ракетного двигателя. Инженерам пришлось бы научиться производить антивещество в огромных объёмах, хранить без контакта с обычной материей и управлять реакцией так, чтобы энергия превращалась в тягу, а не в разрушительную вспышку излучения и частиц.
Маск как раз говорит о цене такого перехода от физики к технике. По его оценке, на антиматерийные двигатели уйдут триллионы долларов исследований и разработок. Звучит как гипербола, но сама логика понятна: речь идёт не о модернизации ракеты, а о создании нового класса энергетики, производства топлива, систем хранения и двигателей.
Частные компании уже пытаются подступиться к теме с более узкой стороны. Например, Positron Dynamics заявляла, что её технологии на основе позитронов могут сделать космические двигатели гораздо эффективнее современных ионных установок. До рабочего межзвёздного корабля таким проектам ещё далеко, но подобные разработки показывают, что антиматерия остаётся не только сюжетом для фантастов.
NASA пока сосредоточено на Луне, программе Artemis и будущих миссиях к Марсу. Поддержка Айзекмана не означает немедленную перестройку бюджета агентства под антиматерийные двигатели, но сигнал от главы NASA важен сам по себе. Если агентство начнёт вкладывать больше денег в теоретические и инженерные работы по антиматерии, тема может выйти из разряда красивых споров о далёком будущем.
Пока антиматерийный двигатель остаётся технологией без готового железа, без промышленного топлива и без понятной дорожной карты. Но межзвёздные полёты в любом случае потребуют решений, которые сегодня выглядят почти невозможными. Маск и Айзекман просто вернули в повестку самый радикальный вариант: двигатель, где топливо не горит, а исчезает, отдавая кораблю почти всю заключённую в массе энергию.
- Источник новости
- www.securitylab.ru
